Поиск по сайту
Авторизация
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?
Подписка на рассылку

Сетевое партнерство
РИЖАР: журнал рецензий
Помпоний Мела. Хорография / Под общей редакцией А. В. Подосинова. М.: Русский фонд содействия образованию и науке, 2017. – 512 c.

Марей А.В. Авторитет, или Подчинение без насилия. - СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2017. — 148 с.

Мироненко С.В. Александр I и декабристы: Россия в первой половине XIX века. Выбор пути. - М.: Кучково поле, 2016. - 400 с.


Этика историка: ее суть и границы допустимого

Поиск  Пользователи  Правила 
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
Войти
 
Страницы: 1
Этика историка: ее суть и границы допустимого, Этика ученого-историка и этические границы допустимого во взаимоотношениях историков в своих профессиональных сообществах
2 февраля на франко-российском круглом столе "История, историк и власть", проходившем в ИВИ РАН много и правильно говорили о необходимости создания некой Ассоциации историков, необходимой для решения самых разных задач и проблем.
Но, не будет ли она формальной в ситуации высокой степени расколотости историков, процветания архаично-бюрократической системы управления исторических сообществ, отсутствия хоть сколько-нибудь единой системы оценок "что такое хорошо и что такое плохо"!?
Говоря об этике историка, очевидно, что нужно говорить как минимум о двух разных ее областях.
Одна, это профессиональная область ученого-историка, историка –исследователя, историка-автора. Это область затрагивает массу крайне важных тем и сюжетов: это и проблема научной объективности и щепетильности ученого-историка, не позволяющих (или напротив, позволяющих) фальсифицировать (по тем или иным соображения результаты своих исследований; это и проблема взаимоотношения ученого –историка и власти (и границ допустимого в этих отношениях) и еще ряд проблем.
Эти темы сегодня весьма остры.
Уже на полном серьезе ряд историков, говорит о том, что школьные учебники не есть наука и их задача не отражать истину, а служить прикладным целям - прежде всего государственным.
Да и учебные пособия для учителей по Истории России 1900-1945 и 1945-2000 вызывают серьезные вопросы к их авторам.
Это одно направление для обсуждения и осмысления, которое я хочу предложить.
Другая, это - этика взаимоотношений историка в своем профессиональном сообществе.
Каждый из нас, так или иначе, часто или не очень сталкивается с этой проблемой. Но, комплексно и всерьез, задуматься об этом мне пришлось, когда я был вынужден прошлым летом выступить в защиту доброго имени своего друга и соавтора Сергея Александровича Красильникова - известного новосибирского историка, одного из самых известных специалистов в области изучения социальных дискриминаций и политических репрессий сталинской эпохи.
Хочу и сам осмыслить (и услышать интерпретации коллег), что же все таки показал конфликт в ИИ СО РАН !
(История, документы и суть конфликта, а также его интерпретации см.:http://socialist.memo.ru/forum/index....#entry4091
и в блоге Sheih в ЖЖ - http://sheih.livejournal.com/9695.html?view=49375
Хотелось бы совместными усилиями осмыслить некоторые вопросы, которые возникли (вскрылись) в ходе этого конфликта:
-касаются ли подобные конфликты только сотрудников данного коллектива и вышестоящие начальство или (когда речь, как в данном случае заходит об уничтожении плодотворно работающего сектора, судеб людей) касаются "историческое сообщество" в целом;
- допустимо ли с точки зрения этики предание гласности стенограмм Ученого Совета, заседания которого носят публичный характер или подобные действия носят характер "выноса ссора из избы". При каких условиях можно и нужно "выносить сор из избы";
- допустимо ли с точки зрения этики уничтожать плодотворно работающий сектор, "имея зуб" на его руководителя;
- допустимо ли с точки зрения этики стравливать учителя и ученика, добиваясь своих целей;
- допустимо ли с точки зрения этики уволить сотрудницу, обвиненную в передаче стенограмм оппоненту?
- допустимо ли с точки зрения этики насильно «возвращать» аспиранта от одного научного руководителя прежнему?
- допустимо ли с точки зрения этики заменить в энциклопедии, подготовленной ИИ СО РАН - статью "Водичев Евгений Григорьевич" на статью "Вод самоочищение";а статью "Красильников Сергей Александрович" – на статью "Крапива двудомная»" (два бывших зам. директора , а ныне два оппонента директора ИИ СО РАН);
-допустимо ли с точки зрения этики двум академикам, присутствующим на заседании Ученого Совета от 24 декабря прятаться за букву устава, отдавая судьбу сектора и его сотрудников на усмотрение Ученого Совета, откуда директор уже убрал всех несогласных с ним?
Я не случайно везде пишу "с точки зрения этики ", т.к. и в стенограммах Ученого Совета и в ходе дискуссии вокруг этого конфликта оперируют какими угодно категориями и аргументами, но только не этическими!
Я как раз и хочу в рамках этой дискуссии понять, а где вообще должны проходить этические границы допустимого во взаимоотношениях историков в своих профессиональных сообществах?
Изменено: kmorozov - 19.02.2010 14:16:35
Только по одному вопросу выскажусь - цитирование и публикация стенограмм совершенно нормальны, так как касаются работы бюджетного учреждения, которое содержится на деньги налогоплательщиков. В связи с этим общество имеет право знать, что происходит в такого рода учреждениях, более того - контролировать их. Формы и способы такого контроля - отдельная тема, но ясно, что СМИ и общественные организации, так называемые "независимые эксперты", практикуемые ныне на госслужбе и др. - необходимые в данном случае инструменты.
На сайте «Полит.ру» размещено "Открытое письмо российских и зарубежных ученых в поддержку д.и.н., проф. С.А.Красильникова и сектора истории социально-культурного развития Института истории СО РАН" (по адресу- http://www.polit.ru/science/2010/03/3...nikov.html )
Размещен также ряд документов , позволяющих судить об этом конфликте.
Ожидается дискуссия, так как редация дает возможность высказаться и противной стороне конфликта. Ожидаются ответы ряда академических структур в чей адрес было отправлено письмо.
Там же указан адрес по которому можно присоединиться к письму российских и зарубежных ученых.
С момента опубликования открытого письма прошло почти два месяца. За это время официальных ответов академических структур не было.
То освещение событий, которое содержится в отчете о Заседании Президиума СО РАН от 8 апреля 2010 г., опубликованном в органе Президиума СО РАН, настолько специфично, что даже не требует особых комментарий:
«О результатах комплексной поверки Института истории СО РАН доложили его директор чл.-корр. РАН В. А. Ламин и председатель комиссии ак. В. В. Алексеев. Основное направление научной деятельности института сформулировано как «Освоение новых территорий России в контексте европейской и мировой цивилизации». Тематика включает обобщение и изучение исторического опыта развития Сибири и ее зарубежных связей с древнейших времен до наших дней, изучение проблем методологии, историографии, источниковедения и археографии. Институт небольшой, но его кадровый состав характеризуется высоким уровнем квалификации: среди 48 научных сотрудников — академик и член-корреспондент РАН, 20 докторов и 26 кандидатов наук. В институте сформировались научные школы, в том числе имеющая мировую известность школа академика Н. Н. Покровского. Наиболее значимые научные достижения регулярно отмечаются в годовых отчетах РАН и СО РАН. Завершена многолетняя работа по подготовке к полному научному изданию «Степенной книги царского родословия» — первого нелетописного свода русской истории, созданного в один из ее наиболее трагических моментов — в канун опричнины. Издание осуществлено по шести древнейшим спискам, в том числе по Томскому, обнаруженному академиком Н. Н. Покровским. В результате тщательного археографического и текстологического изучения списка удалось выявить авторскую правку митрополита Московского и всея Руси Афанасия, усиливавшую основную идеологическую концепцию свода — о единстве державной власти и Церкви. Резкое противоречие идей Степенной книги наступившей опричнине и острый конфликт Ивана Грозного с Церковью стали главной причиной незавершенности памятника. Впервые опубликован на русском языке и подготовлен к публикации на немецком языке ранее не издававшийся труд выдающегося российского историка XVIII в. академика Г. Ф. Миллера по этнографии сибирских народов. Для его научного издания был изучен обширный корпус трудов участников Второй Камчатской экспедиции 1733–1743 гг. (Г. Ф. Миллера, И. Г. Гмелина, Я. И. Линденау, С. П. Крашенинникова и др.), значительная часть которых до сих пор не переводилась и не публиковалась. Обобщен исторический опыт создания, становления и развития Сибирского отделения Российской академии наук. Формирование и деятельность Отделения впервые представлены как история реализации крупнейшего проекта, сопоставимого с другими грандиозными социально-экономическими проектами ХХ в. по освоению и развитию Сибири. Вышла в свет трехтомная «Историческая энциклопедия Сибири» с древнейших времен до настоящего времени. В издание включены комплексные очерки, характеризующие историческое развитие Сибири в целом, а также сибирских городов и областей. Наглядно отражена интегрирующая функция восточных регионов страны, их роль в экономических, демографических, политических и социокультурных процессах развития российского государства. Энциклопедия содержит около 4 тысяч статей, снабжена обширным иллюстративным материалом и указателями. В планах института — подготовка фундаментальной «Истории Сибири» в трех томах. Инициатива получила одобрение Объединенного ученого совета СО РАН по гуманитарным наукам и Президиума. Для выполнения столь масштабной задачи потребуется аккумулировать все силы историков-сибиреведов, где бы они ни работали — в академических институтах или вузах, в Сибири или в Европейской части страны. В целом работа Института истории за отчетный период признана положительной. Однако острое обсуждение вызвала конфликтная ситуация, сложившаяся в коллективе. В Президиум СО РАН поступило письмо за несколькими десятками подписей в защиту двух докторов наук, бывших заместителей директора Института истории, в результате столкновения интересов различных подразделений лишившихся всех своих постов. В публикациях, появившихся в Интернете, ситуация преподносится как «зажим» исследований сталинизма. Академик Р. З. Сагдеев, который вел заседание Президиума, был обязан обратиться за разъяснениями. Чл.-корр. РАН В. А. Ламин, академики Н. Н. Покровский и А. П. Деревянко изложили позицию, получившую на заседании Ученого совета института поддержку подавляющего большинства сотрудников. Как объяснил директор института, структурные перестройки подразделений происходят регулярно. Как иначе коллективу из 48 научных сотрудников «освоить» огромную территорию и хронологический диапазон в несколько столетий? Приходиться «тасовать» состав рабочих групп под конкретные задачи. Иногда дается это небезболезненно, но форму резкого противоборства приняло впервые. Автору этих строк довелось беседовать со многими историками, и, должен признать, свою позицию они аргументируют твердо и ощущения «запуганных» не оставляют. Мнение Ученого совета и всего трудового коллектива, конечно, является определяющим. Но в то же время нельзя не согласиться и с гражданской позицией академика М. И. Эпова — ни в коем случае нельзя допускать, чтобы открытая дискуссия превращалась в шельмование ученых. По-видимому, к этой теме еще придется вернуться» - http://www.sbras.ru/HBC/article.phtml?nid=542&id=6

Еще только добавлю, что те попытки (которые время от времени делаются) квалифицировать наше открытое письмо , подписанное более чем сотней историков (среди них немало весьма и весьма авторитетных ученых куда как более авторитетных, чем некоторые из упомянутых членокоров и академиков) и других неравнодушных людей - как акт «информационного терроризма» и попыткой вмешательство в «академическую кухню», подрывающим принцип академического автономии, есть либо попытки сделать «хорошую мину при плохой игре», либо непонимание того, что профессиональное сообщество историков имеет право на защиту своих сочленов от недостойного поведения их «больших начальников»
Ведь в рамках логики невмешательства в «академическую суверенную кухню» нет места ни общей корпоративной этике историков (вне зависимости от того работают ли они в РАН, в ВУЗе или архиве), ни солидарности историков в защите как своих общих корпоративных интресов, так и тех коллег, которые подвергаются гонениям со стороны начальства.
Можно конечно по умолчанию считать, что те методы борьбы и ведения полемики, которые используются руководством ИИ СО РАН, есть часть академической культуры и традиции, а историки суть живой инвентарь РАН.
Мне все же представляется, что историки имеют право выходить за рамки тех структур, в которых они работают и иметь свой голос, а не петь с голоса начальства.
Если бы руководящие академические структуры в течение вот уже полутора лет не взирали бы безучастно на то как уничтожается сектор и научное направление, а ученые подвергаются травле - я бы тоже не покусился на святую святых – принцип академической автономии! Но, тут вопрос выбора каждого из нас - "еврей для суботы или суббота для еврея"!
Буду очень рад , если жизнь подтвердит правоту тех, кто требует ненарушения принципа «академической автономии» и академическое сообщество окажется способно, не только к демонстрации корпоративной обособленности и исключительности, не только к словам "Оставьте , Академию в покое" (они звучали рефреном на мартовской передаче "Свобода слова" 5-го канала, где шла дискуссия о судьбе РАН), но и к саморегуляции, к самоочищению от недостойных директоров и самое главное, к отказу от практики, которая ничего общего не имеет ни с этикой ученого, ни с корпоративной этикой историков (вне зависимости от того работают ли они в РАН, в ВУЗе или архиве).
На мой взгляд, этот конфликт ярчайшее свидетельство устарелости и
неэффективности академической системы (как минимум в гуманитарных
областях). К власти, как и во всякой бюрократической системе приходят , увы не лучшие, а настоящие ученые порой практически не защищены от их произвола, творящегося при соблюдении буквы академического Устава.
И не надо думать, что это некие сознательные нападки на Академию! Ничего подобного! Очень похожие ситуации, подвергающихся бюрократическому произволу возникает у многих историков, работающих в иных институциях, в том числе и Вузах. Как мне кажется, наше открытое письмо это свидетельство способности не только западных, но и российских историков к корпоративной солидарности, демонстрация усталости от произвола «чиновников от науки», где бы те не гнездились.
См. также "Письмо С.А.Красильникова к коллегам, подписавшим письмо в его защиту и в защиту сектора истории социально-культурного развития И.И.СО РАН" и новости из Новосибирска вокруг конфликта: http://socialist.memo.ru/forum/index....#entry4128
Изменено: kmorozov - 27.05.2010 14:22:32
Очень любопытная дискуссия, жаль что больше таких тут на сайте нету.
Страницы: 1
Читают тему (гостей: 2, пользователей: 0, из них скрытых: 0)

Рекламные статьи